И все было забыто: и опротивевшие консервы, и солонина, которыми поневоле угощалась кают-компания, и томительная скука, усилившаяся однообразием
долгого перехода, во время которого моряки только и видели, что небо да океан, океан да небо — то ласковые, то гневные, то светлые, то мрачные, да временами белеющиеся паруса и дымки встречных и попутных судов.
Неточные совпадения
После давешней крутой сцены он чувствовал какую-то усталость, какой-то упадок в груди; весь он как-то был утомлен, разбит, словно бы после длинного
перехода или после непомерно
долгой верховой езды, но только это была усталость и разбитость не совсем физическая, а более моральная, душевная, — ощущения, которые, впрочем, почти всегда сопровождают и сильную усталость физическую.
Благодаря штормам «Коршун» сделал
переход недели на две
дольше, чем предполагали, и эта неудача, весьма обычная в морской жизни, теперь очень сокрушала наших моряков, и в особенности женатых.
А пока еще люди не были изучены до мелочей один другим, пока еще рассказы и анекдоты не повторялись в бесконечных изданиях, и однообразие
долгого плавания не заставляло отыскивать друг в друге слабости, раздувать их и коситься до первого порта, новые впечатления которого снова оживляли кают-компанию, и люди, казавшиеся на длинном
переходе несимпатичными, снова делались добрыми и хорошими товарищами, какими они и были на самом деле.
Офицерам после
долгой и скучной стоянки в Печелийском заливе и после длинного, только что совершенного
перехода, во время которого опять пришлось несколько дней посидеть на консервах, хотелось поскорее побывать в интересном городе, о котором много рассказывали в кают-компании и Андрей Николаевич и Степан Ильич, бывшие в нем во время прежних плаваний, познакомиться с новой страной, оригинальной, совсем не похожей на Европу, с американскими нравами, побывать в театре, послушать музыку, узнать, наконец, что делается на свете, получить весточки из России.
То же и с той массой людей, которая всегда не один по одному, а всегда сразу под влиянием нового общественного мнения переходит от одного устройства жизни к другому. Масса эта всегда своей инертностью препятствует быстрым, не проверенным мудростью людской, частым
переходам от одного устройства жизни к другому и надолго удерживает всякую
долгим опытом борьбы проверенную, вошедшую в сознание человечества истину.
С
переходом в 1793 году под власть России Волыни, где находились именья «острожской ординации», вопрос об удовлетворении претензии ордена был поставлен в зависимость от русского правительства, принявшего на себя уплату известной части
долгов Речи Посполитой.
Вся его
долгая жизнь представляла непрерывную цепь любовных приключений, причем он любил делать резкие
переходы от одной категории женщин к другой.
Дух войска был как нельзя лучше:
долгое брестское сидение не сопровождалось праздностью и бездельем; последующий поход был далеко не из трудных,
переходы невелики, отдыхи частые, особенных недостатков не ощущалось. Больше всего приходилось терпеть от холода, так как в холщовых рубашках пронимало насквозь, особенно по ночам, но и это горе вскоре миновало, так как к войскам подвезли зимнее платье.
Товарищи его, составлявшие вчерашнее общество в развалинах нейгаузенского замка, кроме некоторых и, в числе их, Кропотова, говорившего, что он не принадлежит уже этому миру, что он приготовился по
долгу христианскому к
переходу в вечность, — товарищи эти пировали и ныне у Вадбольского, расположившись в кустах у оврага.
Толкнув кого-то и еще кого-то, на
долгое мгновение запутавшись в незнакомых
переходах, Саша вылетел к запертой двери, за которой словно дохрипывал голос.
Переход ее весь в том и был, что в чем пришла, в том и осталась: все Дисленьша, мерзавка, за
долги забрала.
— Много наблюдений над людьми и лошадьми успел я сделать во время всех моих
переходов из рук в руки.
Дольше всего я был у двух хозяев: у князя, гусарского офицера, потом у старушки, жившей у Николы Явленного.
Диакон Виктор Орлов, за нарушение
долга подчиненности, порядка и благочиния «принародно» в храме, во время литургии, и за насильственное держание у себя церковных документов, — в причетники, впредь до раскаяния. Пономарь Светлов, за распространение ложных слухов, обман и по подозрению в похищении документов, — в монастырь с
переходом на другое место.